«Independent». Война к нему так и не пришла


Наверное ни для кого не будет открытием, что период двадцатых и начала тридцатых годов ХХ века был отмечен новой формой всеобщего увлечения техникой – танкоманией. Первая мировая война ясно показала, что присутствие этих полезных машин на поле боя существенно увеличивает шансы на победу, особенно при грамотном применении бронетехники. Впрочем, как бывает с любыми новейшими и прогрессивными изобретениями, первоначально использование танков сталкивалось с некомпетентностью пользователей – достаточно вспомнить катастрофические последствия «Мясорубки Нивеля» в апреле-мае 1917 года, когда Франция потеряла едва ли не половину своего танкового парка!

Великая война закончилась, но потенциальная возможность других конфликтов оставалась. Во всех промышленно-развитых государствах и даже в разоренной Гражданской войной Советской России увлечение танками стало едва ли не признаком хорошего тона – в Североамериканских Штатах строил своих футуристических монстриков Уолтер Кристи, во Франции инженер и промышленник Луи Рено после грандиозного успеха легкого FT-17 вместе с инженерами FCM проектировал гиганта Char 2C – именно этот (будем откровенны – далеко не самый удачный) тяжелый танк, вышедший из заводских ворот в 1919 году, и стал прародителем многих зарубежных образцов.

Сверхтяжелый Char 2C — прародитель монструозных танков

Первыми о создании принципиально нового танка задумались англичане, к 1922 году сделав вполне разумный вывод о том, что «ромбы» окончательно устарели – как морально, так и с технической точки зрения. Европейский театр Великой войны, как известно, был знаменит позиционными боевыми действиями, медленные и неповоротливые танки применялись для прорыва эшелонированных позиций неприятеля. Предполагалось, что «ромбы» неплохо покажут себя и в России — их поставляли в качестве помощи белым армиям, боровшимся с большевиками.

Читать далее

Один против стаи «китов»


Офицер-артиллерист Лайонел Уилмот Брабазон Рис (Lionel Wilmot Brabazon Rees), валлиец родом из Карнарвона, вернувшись в Метрополию после нескольких лет службы в африканских колониях, неожиданно увлёкся авиацией. За свой счёт он прошёл обучение пилотированию и в январе 1913 года стал счастливым обладателем диплома Королевского Аэроклуба за номером 392. До приобретения собственного аэроплана, впрочем, дело не дошло, так как весной лейтенант получил очередное «африканское» назначение.

В Лондон он вернулся год спустя и опять не сумел приобрести аэроплан, на этот раз из-за начала войны. 10 августа его вернули на активную службу в артиллерию, а месяц спустя перевели, наконец, в Королевский Лётный Корпус (Royal Flying Corps). После восстановления навыков пилотирования он стал инструктором в Центральной Летной Школе, а в конце года был произведен в капитаны и стал флайт-коммендером (командир звена) в 7-й эскадрилье RFC.

В феврале 1915 года флайт Риса стал основой для формирования 11-й эскадрильи – первой части английской авиации, которую вооружили первыми же английскими серийными истребителями Vickers F.B.5 Gunbus. В её составе капитан прибыл на фронт в конце июля. Первый «тур» Риса продолжался всего 3 месяца, но за это время он в паре со своим постоянным наблюдателем флайт-сержантом Джеймсом Харгривсом успел одержать 6 воздушных побед, став вторым по счёту английским лётчиком-асом и единственным, кому удалось одержать более 4 побед на «Ганбасе».

Читать далее

Из истории немецких подлодок времен Первой Мировой в деталях


Во время Первой мировой войны начали производиться подводные лодки с дизельным двигателем для движения на поверхности и электрическим — для движения под водой. Уже тогда они были чрезвычайно грозным оружием. Немецкая подводная лодка SM UB-110, стоившая 3 714 000 марок, правда, не успела показать свою мощь, прожив всего пару месяцев.

SM UB-110 класса прибрежных торпедных лодок Type UB III была построена в гамбургских доках Blohm & Voss для нужд Кайзерлихмарине и спущена на воду 23 марта 1918 года. Через четыре месяца, 19 июля 1918 года, её потопили британские корабли HMS Garry, HMS ML 49 и HMS ML 263. 23 члена экипажа были убиты. Чуть позже подлодку извлекли на сушу, чтобы починить в доках Swan Hunter & Wigham Richardson в Уолсенде, однако проект не был завершен и её продали как металлолом.

Читать далее